Вторник, 16.10.2018, 17:01
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Регистрация | Вход
Категории раздела
Новости [106]
Мини-чат
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 10
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Поиск
Календарь
«  Апрель 2011  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930
Архив записей
Друзья сайта
  • добавлено: поддержки информация разместить источников оборудование.
  • Главная » 2011 » Апрель » 16 » Падение Аниты Блейк - Fall of Anita Blake
    07:08
    Падение Аниты Блейк - Fall of Anita Blake
    Он утверждал, что знаком с вами и является вашим другом.Название: Fall of Anita Blake
    Автор: lj lokke1981
    Бета : lj enigma_net и _mjawa
    Фэндом: Л.Гамильтон, Анита Блейк.
    Рейтинг: NC-17, временами достигая NC-21 (могут и будут присутствовать сцены насилия и жестокости, в данной главе пытки, be carefull)
    Статус: не завершен (на данный момент 12 глав)
    О чем: Все злодеи уничтожены и больше никто не бросает вызов Аните Блейк. Но сохранит ли она свободу, если Жан-Клод потребует от нее отказаться?
    От автора: ФанФик написан в ожидании следующей книги Л.Гамильтон “Bullet” для развлечения.

    11.

    Нельзя переиграть то, что уже случилось. Перед глазами проносились картины прошлого, сотни, тысячи моих поступков, продиктованные слабостью или гордыней, и я пыталась составить из них логическую цепочку, которая бы объяснила – почему я нахожусь именно здесь. Я лежала на кровати в своей дневной комнате и параллельно вспоминала, сколько времени я нахожусь в резиденции Белль Морт, моей хозяйки и какой сегодня день недели. О да, я сделала это, назвала ее хозяйкой, ведь это всего лишь слово. После первых двух дней, насыщенных событиями, я все больше погружалась в апатичное состояние – я спала, ела, кормила ардеур, участвовала вместе с Белль в вечерних «развлечениях» и не испытывала ничего, мои эмоции умерли, стало совершенно неважно, что происходит с телом. Когда хозяйка увидела, что я не переношу белый и розовый, моя одежда стала состоять из вещей этих цветов, иногда к ним добавлялся золотистый. Поэтому сейчас я лежала поверх заправленной кровати в розовом шуршащем платье, как мрачный ангелочек.
    Селия сидела на своем обычном месте для этой комнаты, небольшом кресле возле двери, с закрытыми глазами и прямой спиной. Интересно, если пролежу без движения еще два часа, она сохранит неподвижность? Я уверена, Сели слышала звук от каждого моего движения и была готова выполнить любой приказ, если, конечно же, он не разойдется с инструкциями Белль Морт. Покидать пределы дома все еще запрещено, поэтому прогулки ограничивались коридорами и заброшенными комнатами – большинство комнат на верхних этажах были закрыты и вещи стояли в них, покрываясь многолетней пылью. Из окон можно было разглядеть парк и кусочек моря, унылый пейзаж. Когда Белль Морт не спала и была в хорошем настроении, я могла выслушать историю из ее прошлого, но такие совпадения случались редко. Так. Я не могу понять, какой сегодня день – с этой мыслью я расслабилась - по сути, это неважно. Завтра будет таким же как и сегодня, каким было и вчера.
    Тишину в комнате нарушил сигнал вызова рации, висящей на поясе у Сели. Я заинтересованно уставилась на нее, о чем то негромко говорящей на французском, все еще непонятном для меня языке.
    - Вам нужно выйти. Госпожа спит, и служба безопасности не может принять решение, - Селия не сказала «без вас», но подчеркнула слово «не может», - Госпожа, это срочно.
    С этими обращениями можно сойти с ума – согласно этикету вампиров, если мы с Белль Морт находились в одном помещении, ко мне вообще нельзя обращаться, только к вампиру-хозяину, и, если она разрешит, можно заговорить со мной. Поодиночке же к каждой из нас необходимо обращаться Госпожа, и это вызывало забавные коллизии при обсуждении нас двоих.
    Олаф все-таки добрался. Один из элементов моих ночных кошмаров в течении нескольких лет висел на руках охранников – они были столь любезны, что притащили его на первый этаж, к двери моей комнаты. Похоже, он под воздействием наркотиков или чего-то похожего, потому что никак не реагировал на окружающих. Так. Его держат двое "старых", полуоборотней-вампиров, которых постепенно возвращала к жизни Белль Морт – я не знала их точное количество, но они всегда оказывались там, где была она или я. Вместе с ними двое обычных охранников, и какой то новый тип, подходящий под описание «черный костюм», такого я видела впервые. То есть я думала, что существует два вида охраны и совершенно неожиданно встретила третий.
    Именно он возглавлял процессию и вел себя как главный.
    - Госпожа, - носящий костюм, про себя я назвала его агентом, присел и слегка поклонился, - этот человек интересовался вами, задавал вопросы. Наш агент назначил встречу, где мы его и взяли. Он утверждал, что знаком с вами и является вашим другом. Вы знаете его?
    - Его зовут Олаф и он очень опасен, - сказала я и втянула воздух, принюхиваясь, - чувствуете? Запах?
    - Держите крепче! – охваченная страшным подозрением, я закрыла глаза и приблизилась к нему, обнюхивая одежду, кожу, волосы. Олаф сменил одежду, она пахла стиральным порошком, но от его кожи и волос пахло, и запах был ужасен – кровь, жженые волосы, испражнения, гниющее мясо. Мелькнуло воспоминание – «Олаф держит себя в руках на американской территории и лучше тебе не знать, что он творит, когда выезжает из страны». Дружище Эдуард, спасибо за предупреждение. Чем здесь занимался Олаф?
    Я посмотрела на агента:
    - Как вас зовут?
    - Оскар, госпожа.
    - Приведите этого человека в чувство, срочно. И будьте осторожны, он действительно смертельно опасен.
    Оскар сказал в рацию несколько слов, через несколько минут прибежал еще один агент, держащий в руках чемоданчик. Он сделал инъекцию и Олаф зашевелился, задергался в руках охранников.
    - Поставьте его на колени! – меня начало нести, я боялась представить, что сейчас узнаю, - Олаф, ты меня слышишь? Олаф!
    Я не сдержалась и слегка ударила его по щеке. Он открыл глаза, взглянул на меня и тут же закрыл их.
    - Твою мать! – Смогу ли я воспользоваться метками при спящей Белль? Работает! Не успев сообразить, что делаю, я использовала метки и вломилась в сознание Олафа, как прежде сделала это с Дольфом. Второй раз оказалось проще, намного проще. Значит, это все же лично моя способность.
    …Он собирается на встречу с информатором, который может сообщить, кто и где держит Аниту. Неделя ушла, чтобы найти хоть какие то зацепки...
    Неинтересно, раньше.
    ... Машина, он стоит на светофоре...
    Еще раньше.
    ...И я попадаю в подвал, где темно, или нет? Глаза привыкают и он смотрит на девушку, прикованную обеими руками к трубе. Она ослепительно красива, это видно даже в полумраке подвала, и поэтому он выбрал этот дом, просто проезжая мимо. Девушка лежит на спине, ее руки вывернуты назад, она слабо стонет. В первый день она еще просила его, затем только кричала. Он думает о том, что сегодня нужно с ней закончить, она слабеет, уже не кричит, с ней неинтересно. Он колеблется. Смотрит на часы. Может еще немного?
    Чуть вперед.
    ...В одной руке он держит нож, в другой зажженная газовая горелка, садится на колени возле девушки, она полностью обнажена. Рассеянно играет ее волосами, черные, вьющиеся, совсем как у нее. Смотрит на ее ноги, черные, сожженная плоть прилипла к костям, переводит взгляд на ее ступни, вдыхает запах, досадливо морщится - уже начали гнить. Несколько раз от боли жертва не смогла удержать содержимое кишечника и оно растеклось по полу, она лежит на испражнениях. Нет, если придется резать, то он может увлечься и пропустит встречу с информатором. Совсем немного потерпеть, он съездит, всего на пару часов, и потом разделает ее окончательно. Поэтому огонь. Это новое ощущение, если добавить к крови огонь, жертва живет дольше, намного дольше. Хорошо. Он приближает пламя горелки к краю покрасневшей, вздувшейся кожи на бедрах, минуя черное обожженное мясо и с волнением и наслаждением смотрит, как девушка выгибается дугой и издает истошный крик, вопль обрывается, она задыхается от боли. Ведет пламенем к ее паху, смотрит, как вспыхивают волосы, как краснеет и начинает жариться кожа, резко убирает пламя, увидев, что разошлась кожа на животе. Нет! Нужно остановиться, она должна дожить до возвращения...
    Я отпрыгнула от Олафа, упала на колени, крича от ужаса. Я пыталась расплакаться, выпустить увиденный кошмар, и не могла, я била кулаком по полу, закрыв глаза, мир вращался вокруг, я оглохла и ослепла. Чьи то руки пытались прикоснуться, но я отбросила их, крича, чтобы меня не трогали. Сколько времени я провела так? Не знаю. Когда пришла в себя, то сидела на коленях, прижав лоб к холодному полу.
    - Госпожа, вам нужно в комнату, - испуганно говорит Сели, пытаясь меня приподнять, - все кончилось, все хорошо.
    Что она там лепечет? Я повернулась к ней и она отшатнулась, я знаю, что мое лицо стало страшным в этот момент. Внезапно пришедшая мысль бросает в холод:
    - Она еще жива, - шепчу я.
    - Кто? - кричит Сели, - что происходит?
    - Та девушка, его жертва, - я приподнимаюсь, принимая решение, и не вижу Олафа и охрану, - Где они? Куда его увели?
    Селия опасливо на меня смотрит и отступает, пятится назад.
    - Я приказываю тебе говорить! - я кричу, хватаю ее за руку, дергаю на себя. Она вскрикивает от боли. Слишком сильно? Метки, я все еще объединена с моей хозяйкой. Как интересно. Через нее, даже спящую, я почувствовала неспящих в данный момент вампиров, ее детей, по всему миру, и понимаю, что Белль Морт может вообще не спать, вампиры ее линии будут поддерживать ее всегда. Неважно. Потом, - говори же!
    - Его увели в подвалы, до вечера, - лицо Сели перекошено, она держится за плечо. Я вывихнула ей руку?
    - Сколько я провалялась?
    - Несколько минут, три, четыре, не больше.
    - Давай за ними, быстро. Мне нужен тот, в костюме, Оскар, - Она все еще колеблется, я кричу и одновременно толкаю ее в спину, - Быстрее!
    Я говорю короткими, рубленными фразами, потому что меня несет на волне того страха, ужаса, полученного от Олафа. Я бегу по коридору и чувствую, как пробуждается злость, плохая злость, та, которая заставляет меня убивать.
    Мы догнали их на минус пятом и я поняла, как устроен этот этаж: два коридора, сходящиеся в одном помещении, где в небольшой выемке находится лифт, дверь к туннелям и спуск на шестой, темницу, уровень пыток. Коридоры пересекаются крест накрест, образуя четыре прохода - в одном из них я уже была, там обиталище Ола. Еще одно, скорее всего, Центр. Для чего еще два? Я заставляю себя думать о чем то другом, кроме воспоминаний Олафа, чтобы не сорваться снова, не попасть в кошмар.
    - Оскар! - Я кричу и вижу, что он упрямо наклоняет голову и процессия ускоряет шаг, пытаясь успеть скрыться в проходе, ведущем к спуску на минус шестой, я ускоряюсь, и кричу на ходу, - Стоять! Оскар! Я тебе голову оторву, если не остановишься!
    Я хватаю его за рукав, разворачиваю к себе и ору ему в лицо:
    - Не смей от меня сбегать! Пока я тебя не отпущу, будешь со мной! Ты понял?! - Это должно быть смешно выглядело со стороны - я едва доставала до его плеча, но никто не смеялся, все были очень и очень серьезны.
    - Да, Госпожа, - он испуган, принял угрозу насчет головы всерьез? Ха-ха! Наконец-то хоть кто-то здесь меня боится.
    - Этого. Сюда. Да разверните же его ко мне! Поставьте на колени, вот так, - я кусаю губы от волнения, меня трясет. Голова Олафа опущена и я хватаю за волосы, приподнимая ее, чтобы видеть его лицо, его глаза.
    - Олаф, ты меня слышишь? Понимаешь, что я говорю? - Мой голос почти ласков, я отпускаю его волосы, сдерживаю трясущиеся руки, хватаю себя за плечи, чтобы не придушить его, не вырвать горло.
    - Я тебя слышу, - он говорит глухим голосом, как будто не проснулся. Еще не пришел в себя после наркотика?
    - Скажи, где та девушка? Где тот дом? - я спокойна, я глажу его по щеке, - я отпущу тебя, если расскажешь.
    Лицо Олафа прорезает усмешка, он качает головой.
    - Лжешь. Ты убьешь меня в любом случае, я понял это, когда ты, чертова сука, влезла ко мне в голову.
    - Мразь! Ублюдок! - Я пинала его и кричала, - Где она? Отвечай!
    Я сломала ему ноги? Плевать, я убью его прямо сейчас, просто разорву на части, я отпустила себя и погружалась в бешенство... Оскар оттащил меня, обхватил сзади и проволок несколько метров по полу. Я тяжело дышала в обхвате его рук, затем повернулась к нему, чувствуя, как лицо собирается в маску смерти и он отшатнулся, отпуская меня.
    Я забрала у обычного охранника оружие, ФН2000, такой же, как у Эдуарда в нашу последнюю встречу. Ничего, охранник переживет, у него еще и пистолет есть. Я понимала, что Олаф не скажет где девушка, не захочет показывать мне страшную сторону своей жизни, но мне так не хотелось снова лезть в его память. Просто убить? И та девчонка, виновная лишь в том, что подходит под мой тип, сгниет в мрачном подвале? Нет, нет, нет, никто не должен так умирать. Я выдержу, смогу это сделать.
    - Держите его. Крепко. Вы двое, держите голову, - Он закрыл глаза и пытался отвернуться, - Вы можете держать голову нормально?! За волосы! Вот так!
    Только бы не попасть снова в подвал. Я закрыла глаза и задумалась. Так и быть, буду понемногу смещаться назад.
    ...Он пытался думать о чем-то другом, пытался меня смутить, представлял меня голую и связанную...
    Не пойдет. Через метки и потянулась к Белль Морт, а через нее к неспящим вампирам, зачерпнула немного силы и влила ее в Олафа, подчиняя его разум.
    ...Информатор оказался худым белобрысым пареньком, одетым по молодежной моде, и Олаф несколько минут рассматривал его из окна машины...
    Раньше.
    ... Машина, он едет...
    Еще раньше. Чуть-чуть.
    ... Идет к машине. Привычно оглядывает улицу, ему нравятся такие районы - дома стоят далеко друг от друга, соседи не знакомы...
    Почти. Несколько минут.
    ...Закрывает дверь дома. Дом, белая штукатурка, такой же как все, стоящие вдоль улицы...
    Адрес, какой адрес. Я в ярости бью кулаком ему в грудь и слышу как трещат ребра.
    ...Золотистая табличка с адресом возле почтового ящика...
    Есть! Я постаралась запомнить буквы, потому что французское название улицы ни о чем не говорило.
    И с облегчением отшатнулась, отползла от Олафа.
    - Свяжите, закуйте в цепи, сделайте что угодно, но не дайте покончить с собой, - теперь самая сложная часть, - Оскар, они справятся без тебя?
    - Да, Госпожа.
    - Тогда пусть действуют, а ты пойдешь со мной, - Я смотрела, как уводят Олафа, шепча "Будь ты проклят", обернулась и увидела свою спутницу, с мрачным видом держащуюся за поврежденное плечо, - Селия, найди кого-нибудь, кто тебе поможет. Да, не надо смотреть, иди, ты свободна.
    - Оскар, где это находится? - Я назвала адрес.
    - Не знаю, но можно выяснить это по карте. Вам нельзя! - Он принимал какое-то решение и мне не понравилось, как он на меня смотрит.
    - Оскар, я, быть может, и буду потом наказана, но прямо сейчас могу сделать с тобой все, и никто меня не остановит, - я приподнялась на носках, чтобы приблизиться к лицу, - поэтому! Делай, что я скажу!
    - Но я не могу принимать такие решения, - Он чуть не плакал.
    - Кто может?
    - Начальник охраны.
    - Ну так зови! - Я заорала, чувствуя, как уходит время, что могу найти только обезображенное тело, - нет времени! И возвращайся вместе с ним!
    Главным по нашей охране оказался невысокий, чуть выше меня, мужчина, одетый в обычную, повседневную одежду - серые брюки, белая майка, серая курточка - я впервые видела кого-то без формы. Он чем-то напомнил Эдуарда, такой же... "никакой", не запоминающийся, взгляд на нем не останавливался. Я объяснила ему ситуацию, возможно, несколько эмоционально, но он только молча смотрел на меня, и я не могла понять, что он чувствует. Куда он смотрит? Я проследила за взглядом. Оружие охранника все еще было у меня в руках - злобная фея в розовом платье, размахивающая автоматом, очаровательно.
    - Если вы куда-то и поедете, то только с сопровождением, - Карл мне начал нравиться. Никаких колебаний - он сразу осознал расстановку сил и постарался сделать все правильно.
    - Отлично!
    - Понадобится десять минут на организацию.
    - Хуже, но черт с вами. Действуйте!
    Я осталась ждать вместе с Оскаром и двумя "старыми" охранниками.
    - Оскар, что находится в этих коридорах? - Он молчит, погруженный в свои мысли, - Оскар!
    Он вздрогнул, затем начал рассказывать, указывая рукой.
    - В тот коридор нам входить запрещено, - его рука указала на коридор, ведущий к Ола, - это разрешено только для личной охраны Госпожи.
    - Здесь находится Центр, но у них есть и другой вход, идущий сразу от туннелей.
    - Арсенал.
    - Охрана.
    - Спасибо, - я погладила его по руке, - и не надо меня так сильно бояться. Я подумала, ты будешь со мной во время поездки.
    Лимузин для меня и "старых" охранников, джип для нормальных. Оскар попытался забраться в джип, но я ухватила его за рукав и заставила влезть в мою машину - нет уж, пусть человек, говорящий на английском, едет вместе со мной. В зале зазвучал сигнал тревоги, когда открылись двери туннеля, я посмотрела на Оскара, но он не показал ни малейшего беспокойства и я нервно откинулась в кресле. Тоннель вывел нас на подземную автостоянку, несколько промелькнувших ворот, и кортеж вырвался на поверхность. Предстояло проехать почти тридцать километров, и это время я провела преимущественно с закрытыми глазами. Я молилась, чтобы девушка оказалась жива, я чувствовала себя косвенно виновной в том, что с ней произошло, ведь Олаф пришел вслед за мной.
    - Что это? - спросила я, указывая на машину жандармерии, пристроившуюся впереди.
    - Сопровождение.
    - Не поняла. Зачем нам полиция?
    - Они проследят, чтобы нас не остановили.
    Машины остановились возле дома, полиция чуть дальше, метрах в ста. Я сразу направилась к двери, ведущей в подвал, злость, почти остывшая за время сборов и поездки, вспыхнула с новой силой. Я боялась того, что увижу.
    Дверь, но ключа от нее нет. Зачем ставить такую дверь на вход в подвал? Зачем ставить на нее замок? Я смотрела на последнюю преграду, и свирепела. Расстрелять замок из автомата? Оружие до сих пор у меня в руках. Но я не знаю, что за дверью, могу задеть девушку.
    - Держи! - я сунула Оскару автомат. Как там я разделалась с наручниками? Собравшись, я ударила по двери ногой, выместила на ней всю злость, все горе, скопившиеся в душе - за несколько секунд от толстой деревянной двери остались ошметки, висящие на петлях. Я уже сделала шаг, начиная спуск по лестнице, но Оскар придержал меня, пропустив вперед "старых".
    - Никогда так больше не делай! - прошипела я, когда освободилась от его руки.
    Я закашлялась от воздуха, вырвавшегося из подвала - горячий, спертый, не предвещающий ничего хорошего. Когда глаза привыкли к полумраку, я увидела Ее - следующее, что помню, я стою возле девушки на коленях, и задыхаюсь от слез, вцепившись в волосы. У нее больше не было ног - Олаф сжег их до низа бедер, то, что осталось, напоминало сгоревшие спички. Страшные ожоги на животе, уже покрывающиеся волдырями. Ее вывернутые руки... меня затрясло, когда их увидела - черные, распухшие, вышедшие из суставов - сколько времени она так провела, что уже начался некроз? Не думая, я порвала цепи и бережно постаралась положить ее руки вдоль тела. Она очнулась и закричала, она кричала, смотря на меня и в ее взгляде не было ничего человеческого - я ощущала себя полностью беспомощной, я ничего не могла сделать.
    - Нужно обезболивающее, - постаралась крикнуть я, но прозвучало это как жалкий скулеж, мешали слезы. Я вытерла глаза рукавом платья и ущипнула себя за руку, со всей силы, стало чуть легче и я заорала, - Нужно обезболивающее, сильное! Антишоковые препараты, анальгетики, все что угодно, быстрее!
    Оскар заговорил в рацию.
    - Дайте то одеяло, - и осеклась, когда увидела что под ним лежит - куча тел, небрежно сброшенных друг на дружку. Пришла волна запаха – тела два дня пролежали на жаре. Ее родители? Родственники? Я покачала головой и одеяло вернули на место, - Оскар, скажи принести сверху одеяло или простыню, нужно ее завернуть для переноски.
    Она прекратила кричать и шептала что-то слабым голосом, повторяя одно и то же, как заевшая пластинка.
    - Что она говорит?
    - Просит ее убить, говорит, что больше не может терпеть.
    Слезы снова потекли из глаз, я хотела обнять ее и успокоить, но любое движение причиняло ей страшную боль. Я наклонилась к ней:
    - Держись, еще немного и боль уйдет.
    Принесли одеяло, я расстелила его на полу и подумала, как переложить на него девушку - ни за что я не прикоснулась бы к тому, что осталось от ее ног. После инъекции дроперидола девушка перестала кричать и расслабилась, и с помощью охранников удалось поместить ее на одеяло. Я осторожно завернула ее, приказала вынести из подвала и положить ко мне в машину.
    Я обнимала ее, придерживала, когда машину потряхивало.
    В Тейлат мой путь был коротким. Держа девушку на руках, я оставила охрану позади и пошла по коридору, ведущему к Ола. Я стучала в дверь ногой, требуя открыть. Если бы я знала, что ей смогут помочь в человеческой или какой угодно больнице, я бы поехала туда. Возможно, ей не дали бы умереть, но она осталась бы инвалидом до конца жизни, сохраняя в памяти случившийся кошмар, и я пришла к Принцу Сидхе в надежде, что он сможет помочь. Ола лежал поперек кресла, рассеянно смотря в экран разбитого телевизора, из жидкокристаллического экрана которого торчал пульт, и что-то вертел в руках. Я обошла его и положила свою ношу на залитую солнечным светом траву.
    - Ола, мне нужна твоя помощь, - я помнила, что не стоит приближаться к нему без разрешения, поэтому стояла на месте, зная, что Ола прекрасно меня видит. И понимает. За время, проведенное с Белль, он выучил большинство европейских языков.
    - Вы все просите помощи, - на мгновение его взгляд остановился на мне, затем он продолжил вертеть в руках небольшую ветку, рассматривая ее, как будто держит в руках сокровище, - зачем мне тебе помогать?
    - Если ты не поможешь, эта женщина умрет, - равнодушный тон Ола не обманул, я почувствовала его силу, скользнувшую по ногам, он заинтересовался изуродованной девушкой и сейчас изучал ее.
    - Ну и что? Они постоянно умирают, - я удостоилась еще одного взгляда.
    - Я прошу тебя, пожалуйста, Ола, помоги, эта женщина умирает из-за меня.
    - Неинтересно, - сломанная ветка щелкнула, и, отброшенная, мелькнула в лучах солнца.
    Глубокий вдох, думай, Анита, думай. Я чувствовала, как девушка слабеет, только наклонившись к губам, получалось расслышать ее дыхание.
    - Я предлагаю себя, на один день.
    Он рассмеялся.
    - Это могло бы быть хорошим предложением, но ты не можешь торговать собой, слуга, - он смотрел заинтересованно. Весь наш разговор был игрой, Ола уже согласился, осталось догадаться, что он загадал в качестве платы, - ты можешь пообещать мне хоть слезы Бранвен, но придет твоя хозяйка и клятвы станут пылью.
    Да что же делать? Она умирает у меня на руках, я чувствовала, как меня охватывает отчаянье. Забирать ее и везти в больницу? Но мы не успеем.
    - Ола, у меня ничего нет, кроме себя, и даже собой я не могу распоряжаться, - у меня на глазах выступили злые слезы, - но клянусь, если ты вылечишь ее, я сделаю все от меня зависящее, чтобы Белль Морт разрешила расплатиться с тобой.
    В зале потемнело и Ола снова разлегся в кресле. Это отказ? Похоже. И теперь девушка умрет. Я взяла ее на руки и разрыдалась, пошла к выходу, всхлипывая, с трудом различая дорогу сквозь слезы.
    - Будь проклят, Ола. Я ненавижу тебя всем сердцем, - прошептала я, проходя мимо. Его я ненавидела за равнодушие, себя ненавидела за глупость. Девушка могла быть давно в больнице, но я потащила ее к сумасшедшему сидхе и теперь ее смерть будет на моей совести.
    Главное не упасть. Как вытереть слезы, если обе руки заняты? Об плечи, вот так, теперь я определенно смогу добраться до двери. В Тейлат должно быть медицинское оборудование, если нужно, я сама встану вместо врача.
    В спину ударило чем то теплым, я на несколько секунд оглохла, как после взрыва, и стала оседать на траву, изо всех сил пытаясь не уронить девушку. Слабеющими руками я положила ее и растянулась рядом, кашляя и пытаясь вдохнуть немного воздуха.
    - Я разве сказал окончательное нет? - Ола стоял возле моих ног, полыхая от гнева и это было божественно красиво. Я протянула руку, умоляя, чтобы он прекратил - его сила, разлитая вокруг, не давала дышать, душила меня. Он понял мой жест? Потому что в следующее мгновение давление исчезло, и я с наслаждением стала дышать, наполняя легкие воздухом.
    - Ты слишком глупа, чтобы вести торг с фейри, но обладаешь влиянием на свою хозяйку и очень удачлива, - Получилось? - я принимаю твою плату. Держи женщину, чтобы не дергалась.
    Я приподняла ее, обхватывая за плечи, и боковым зрением увидела, нет, скорее почувствовала, что от Ола протянулась прозрачная субстанция, нематериальная, только если очень сильно приглядываться, можно было заметить, как свет слегка искажается, проходя через нее. Это и есть рука Лечения? Сидхе вспыхнул, навис над нами облаком света, белый, золотой и серо-голубой цвета смешивались в его глазах (вот откуда пошли любимые цвета Белль?), я хорошо почувствовала момент, когда Ола прикоснулся к девушке. Ее глаза открылись и она начала кричать, задергалась, пытаясь освободиться, и пришлось напрячься, удерживая ее.
    Весь процесс не занял много времени, зеленое сияние практически скрыло от меня ее тело, я закрыла глаза, чувствуя, как встают дыбом волосы и кожа покрывается пупырышками – Ола направлял магию на девушку, но часть доставалась и мне. Когда он закончил, я еще минуту просто сидела, устрашенная, восхищенная, раздавленная увиденным чудом – я могла бы назвать его богом, если бы не была монотеисткой.
    - Что же ты такого сделал, что не смог исправить? – с ужасом спросила я, когда он развернулся и пошел обратно к креслу – он замер на мгновение, или мне показалось? Во всяком случае, ответа на вопрос я не получила, но на руках у меня оказалась здоровая девушка, весь низ тела которой, начиная с пупка, был измазан черной дрянью, и я вздрогнула, когда поняла что это остатки сожженной плоти. Что еще хуже, она была в сознании и смотрела на меня. И я растерялась, так как план кончался на этом месте.
    - Ты в безопасности, не бойся, - сказала я, бешено думая, поймет ли она мой английский, - ты говоришь по английски?
    - Non, - и она вцепилась в мою руку, когда я попыталась встать, - Ne me laissez pas, s'il vous plaоt!
    - Тссс, не говори ничего, - Господи, что делать то, - тебе придется пойти со мной.
    Во всяком случае, из комнаты Ола лучше уходить. Я потянула ее за руку, помогая подняться, но ноги ее не держали, она просто падала при попытке встать. Так не пойдет.
    - Анита, - сказала я, указав на себя.
    - Sofi, - прошептала она.
    - София, ты не понимаешь меня, но тебе придется лечь на одеяло и я понесу тебя туда, где тебе помогут, - сказала я, укладывая ее обратно и заворачивая одеяло, - лучше держи края.
    «Старые» присоединились сразу, как за спиной закрылась дверь. Карл, Оскар и несколько «обычных» на выходе из коридора. Никто не сказал ни слова при виде чудесного исцеления, похоже, это происходило не в первый раз. Хорошо, сделаем вид, что ничего не произошло.
    - Оскар, - одно слово и он идет за мной. Карл хочет что-то сказать, и я останавливаюсь, поворачиваюсь к нему.
    - Госпожа, нужно ваше решение.
    - Карл, присоединяйся к нам, расскажешь все наверху, сначала я устрою девушку, - Нетрудно догадаться, что за проблема его волновала. Меня эти мысли одолевали с того момента, как София открыла глаза.
    Из взгляда Сели пропало прежнее покровительственное выражение, она говорила своим поведением - «теперь я знаю свое место». Я сидела на полу, прислонившись к стене в ванной комнате, и смотрела, как Эллис и Селия отмывают Софию от приставшей к телу грязи. Сегодня еще никто не умер, кроме робкой зарождающейся дружбы между мной и Сели, теперь она боялась меня. Я попыталась попросить прощения, и она приняла его, но мы обе поняли, что это ложь и меня беспокоило такое завершение ситуации.
    Меня же ждет Карл! Я встала и вышла из ванной комнаты, стараясь не пропадать из поля зрения Софии. Ее взгляд постоянно следил за мной, и у девушки начиналась истерика, если я оставляла ее. Начальник охраны невозмутимо стоял в коридоре, он так и не вошел, хотя, когда я заходила в комнату с Софией на руках, то кивнула ему головой, но он проигнорировал приглашающий жест и остался стоять снаружи.
    - Карл, не стойте там, входите, - обратилась я к нему, стоя в глубине комнаты.
    - Госпожа, охрана не может входить в комнаты носителей ардеур. На это существует строжайший запрет.
    - Зачем? - я помотала головой, не понимая, о чем он говорит, - Поняла. Чтобы вас не взяли под контроль?
    - Именно так.
    - Но это глупо. Если я буду голодной, и ардеур выйдет из под контроля, я вытащу вас из любого места Тейлат. Или любого другого, кто окажется достаточно привлекательным для ардеур.
    - И тем не менее, такой запрет существует с момента основания резиденции Тейлат.
    - Если я заставлю вас войти, вы потом пострадаете? - Как же я устала от запретов, и в то же время не хочется ссориться с Карлом. Отлично, поговорим через три метра, София не должна услышать наш разговор из-за шума воды, - Черт! Стойте там. Что у вас за вопрос?
    - Что вы собираетесь делать дальше с этой девушкой? - Он раскрыл папку, которую все это время держал в руках.
    - Пока не решила, думаю над этим. Какие есть варианты? И что вы уже сделали?
    - Хорошо, официальная версия, - Карл посмотрел на часы, - дом уже сгорел в результате неисправности электропроводки - пожарные ехали долго и от него практически ничего не осталось. Девушку зовут София Вебер, ей шестнадцать, и ее семья - мать, отец, два младших брата погибли от отравления угарным газом, просто не проснулись. Коронер подтвердит эту версию, никаких вопросов не возникнет. Родственников во Франции у нее нет. По поводу Софии… В таком состоянии отпускать ее нельзя. Мы можем оставить ее здесь и обратить, это самый лучший и безопасный вариант.
    - Какие есть еще... варианты? - Мысль о превращении девушки в вампира не приходила ко мне в голову, но совершенно не понравилась.
    - Через три часа проснутся вампиры, мы сотрем воспоминания о том, что случилось, и внушим нужные. Она приедет к сгоревшему дому, получит страховку и будет жить дальше.
    - Это намного лучше. Карл, действуйте по второму варианту.
    - Госпожа, мы должны получить подтверждение, - Он сделал такое забавное лицо, как будто никак не мог решить давно мучающий вопрос, наконец сказал с облегчением, - старшей Госпожи.
    Я постаралась не улыбнуться.
    - Спасибо вам Карл, я не забуду того, что вы сегодня сделали, - я начала поворачиваться, чтобы вернуться к Софии.
    - Госпожа, еще вопрос, - неуверенность? Что-то такое послышалось в его голосе.
    - Да?
    - Вы берете на себя ответственность за случившееся сегодня?
    Я повернулась и посмотрела на него, наклонив голову набок - что это значит? Хотя, какая для меня теперь разница - проще перечислить те запреты, которые не были нарушены, и я обреченно сказала:
    - Да, Карл, я беру на себя всю ответственность, - и ушла, не глядя на него. Интересно, что меня ждет вечером? Белль будет в ярости, но я не хочу об этом думать сейчас.
    После еды я уложила Софию на свою кровать, но она упорно не засыпала, хотя клевала носом. Я попросила Сели переводить для нас.
    - Почему она не засыпает?
    - Госпожа, она боится, что вы уйдете, когда она заснет и просит, чтобы вы остались.
    - Скажи, что я буду сидеть рядом, пусть спокойно спит.
    Я держала ее за руку, пока она не уснула. Не знаю, возможно, сыграло то, что я спала одна с тех пор, как попала в Тейлат, но я залезла в кровать и обняла Софию, прижала ее истерзанное тело к себе, так же, как сделала бы это для любого из моих леопардов. Было все равно, как посмотрят на меня Селия и Эллис, я хотела защитить ее, и мои инстинкты, разум главы стаи леопардов требовали, чтобы я поступала именно так, и она расслабилась, доверилась моим рукам, прикосновению тела, поверила, что теперь находится в безопасности, и я уснула, чутко ощущая каждое ее движение – если ее будил кошмар, я сжимала ее и шептала на ухо что-то успокаивающее, гладила по плечу, снова обнимала и мы засыпали вместе.
    Я проснулась раньше Софии, осторожно высвободила ее из хватки своих рук, укрыла одеялом и отодвинулась. Пробуждение Белль заставило вздрогнуть – она сразу же почувствовала, что за время сна произошло много интересного, и через мысленную связь заставила показывать, что именно пропустила. Я не хотела погружаться в воспоминания Олафа, но здесь Белль была неумолима, и наш контакт распался в конце воспоминаний о его действиях в подвале, пока я не отдышалась на полу, прижимаясь лицом к каменным опорам кровати – где то в дальнем уголке памяти я отметила, что прикосновение к холодному помогает прийти в себя, и смогла думать снова. Она заставила показать все, что произошло дальше до момента, где я уснула в обнимку с Софией.
    Реакция Белль была абсолютно непонятной – за день я нарушила почти все правила, установленные для меня, и при этом чувствовала, что она мной довольна. Я была в растерянности, и чувствовала себя жалко, как будто крупно ошиблась.
    - Что ты думаешь с ней делать? – Белль спрашивала меня, но думала при этом о чем-то, совершенно не связанном с Софией и ее проблемами.
    - Стереть память и отпустить, Карл подготовит все, чтобы вернуть ее в мир.
    - Нет. Другая идея – ты спасла девочку, и она расплатится за это. Карл задействовал человеческие власти, ты потратила время и силы - отпустить ее было бы расточительно. София будет служить мне.
    Белль прервала мысленный разговор и взяла за руки Софию, как будто знала ее всю жизнь, она присела на краю кровати, одетая в белоснежное платье, и заговорила, повторяя трюк с синхронным переводом,
    - Тебя спасла Анита, моя слуга, и теперь у тебя есть определенные обязательства.
    София медленно перевела взгляд с меня на Белль и выдернула руки. Она сжалась на кровати, и смотрела только на меня.
    - «Сама с ней разговаривай! Но вы двое нужны мне внизу, возле твоего друга, - Белль выделила этот момент, - одень ее в одежду, которую тебе не жалко, и следуй за мной».
    В результате моя подопечная оказалась одета в одну из пижам, которые я называю одноразовыми – живут до ближайшей стирки. Без жалости отдала свои тапки, при взгляде на них вспоминался утренний ардеур, но это … как воспоминание сквозь сон. Не имело значение в данный момент - я все еще не понимала, что задумала Белль.
    «Она одета? Догоняйте, пятый этаж, там, где переход в тюрьму. Быстрее, я вся в нетерпении, для тебя есть волнующие новости», - Олаф не волновал ее ни в малейшей степени, было что-то еще, все, что она делала сейчас, было всего лишь фоном. Мое наказание? Это будет основной интригой на вечер?
    В камеру вбежал мальчик лет шестнадцати, держа в руках небольшой кинжал. При виде Белль он упал на колени и, протянув руки, отдал свою ношу.
    - Отлично, принесли, как раз для ее руки - взяла кинжал и сказала юноше, - выйди, подожди снаружи.
    Белль обняла Софию со спины, шепча на ухо:
    - София, твоих родителей, маму и папу, твоих маленьких братьев, убил этот человек и ты никогда их больше не увидишь. Он два дня мучил тебя, причиняя страшную боль, - Белль разжала ее сжатую ладонь и вложила туда рукоятку кинжала. София растерянно смотрела на кинжал, не понимая, чего от нее хотят, и Белль зашептала снова, делая паузы, позволяя осознать смысл своих слов, - Он заставлял тебя страдать ради развлечения и продолжит убивать, будет пытать других девушек, так же, как тебя, если мы его не остановим. Посмотри, он страшный, но мы приковали его к стене и он не сможет причинить тебе вреда. Сделай так, чтобы никто больше не оказался в подвале. Мы с Анитой выйдем, оставим тебя с ним наедине, не стесняйся, выпусти свой страх, верни всю боль и страдания, что он тебе причинил…
    «Белль, что ты делаешь???» - Я мысленно заорала, напуганная догадкой.
    «Ола вылечил ее тело, я вылечу разум. Заткнись» - Все же она ожидала, что я назову ее хозяйкой, - «ничто другое не поможет так же быстро».
    - И мне ничего не будет? – Ее надломленный, сорванный детский голос впервые прозвучал в этой камере, рука крепко сжимала кинжал.
    - Да, малыш, ты вольна в своих действиях, - Белль слегка подтолкнула ее в спину, - и постарайся, чтобы он не умер быстро.
    - «Оставим их наедине, ma petite», - Я уклонилась от ее рук, когда она на ходу попыталась обнять меня, и пошла впереди, сохраняя дистанцию.
    - «Что же ты делаешь, ей шестнадцать лет, как она будет жить дальше?»
    - «Ma petite, поверь, в тот момент, когда ты вынесла дверь в подвал, ее шестнадцать превратились в семьдесят. Невозможно вытерпеть то, что пережила она, и остаться тем же человеком. Судя по моему опыту… ты же не будешь спорить, что он чуть ли не на два порядка больше, чем твой? Ничто, кроме мести, не поможет лучше в такой ситуации. Во-вторых, теперь она с нами связана кровью, и я буду уверена в ее лояльности».
    - Встань на колени, вот так. «Какой же он здоровый. Ma petite, я уже говорила, что мне очень понравилось, как ты действовала днем. Свежий. Вкусный. Быстро, жестко, решительно, твое поведение напомнило мне Мюзет….», - Белль несколькими толчками поставила на колени юношу, обхватила его руками, встав со спины, и вонзила клыки в шею. Она мысленно говорила со мной в то же время, как пила его кровь, - «Всего один раз я ела его. Поговорим о наказании за нарушение правил».
    Одновременно с этим София ударила кинжалом Олафа, я услышала, как он зав
    Категория: Новости | Просмотров: 1416 | Добавил: doidets | Рейтинг: 1.3/3
    Всего комментариев: 0
    Copyright MyCorp © 2018Создать бесплатный сайт с uCoz